В Сети появилась информация о 7-й консультативной встрече президентов Центральной Азии, состоявшейся 16-го ноября в Ташкенте. Безусловно, это была важная встреча лидеров стран региона, которая еще раз подтвердила необходимость консолидированной позиции региона в условиях «тектонических процессов глобальной трансформации», о которых писалось в ряде авторских статей последних лет.
По итогам встречи главами государств подписаны и приняты следующие документы:
- Совместное заявление по итогам Седьмой Консультативной встречи глав государств Центральной Азии;
- Решение о полноправном участии Азербайджанской Республики в Консультативной встрече глав государств Центральной Азии;
- Концепция региональной безопасности, стабильности и устойчивого развития в Центральной Азии;
- Каталог рисков безопасности Центральной Азии и меры по их предупреждению на 2026-2028 годов;
- Обращение глав государств Центральной Азии государствам-членам ООН по кандидатуре Кыргызской Республики в непостоянные члены Совета безопасности ООН на период 2027-2028 годы.
Этих документов пока не удалось найти в открытом доступе в Сети, но, надо полагать, что они идут русле выводов ранее опубликованных статей, особенно в цикле статей, посвященных итогам последнего саммита ШОС в Тяньцзине. Напомним, что в них акцентировалось внимание на том, что за странами Центральной Азии согласно итоговым декларациям последних саммитов ШОС закреплен статус «ядра» этой организации.
Какие выводы можно сделать в свете анализа выступлений президентов Центральной Азии и перечня принятых решений?
Во-первых, это «ядро» начинает приобретать все более структурированный вид и оформленные контуры в соответствии со стратегическими направлениями и приоритетами, которые описывались в недавней статье «Саммиты «С5+1» - инициативы ЕС, Д.Трампа, Си Цзиньпина и С.Жапарова-В.Путина».
Это нашло отражение в предложениях президента Узбекистана Ш.М.Мирзиеева «преобразовать нынешние встречи из консультативной формы регионального диалога в стратегический формат «Сообщество Центральной Азии». Отмечено, что первыми шагами к этому могут стать разработка Положения о Консультативных встречах, учреждение действующего на ротационной основе Секретариата, повышение статуса национальных координаторов до специальных представителей президентов.
С этими предложениями согласился президент Казахстана в своем выступлении К.К.Токаев, который выразил «свою поддержку предложениям, которые были высказаны Президентом Узбекистана Шавкатом Мирзиёевым относительно укрепления институциональных основ нашего формата. Полагаю, что в рабочем порядке мы могли бы эти вопросы обсудить и выйти на утверждение соответствующих предложений. Предлагаю рассмотреть возможность включения Центральноазиатского экспертного форума в систему регионального взаимодействия с его трансформацией в ключевую платформу для осуществления исследований и формирования единых подходов».
Во-вторых, решение о расширении центральноазиатской «пятерки» в «шестерку» и включении Азербайджана представляется весьма интересным и перспективным шагом, но хотелось бы напомнить, что стремление этой страны войти в состав ШОС на последнем саммите в Тяньцзине не было поддержано отдельными членами этой организации.
В-третьих, в выступлениях глав государств прозвучали слова «экология, климат и водные ресурсы» за исключением одного, и предлагались соответствующие инициативы по нейтрализации тревожных трендов, о которых писалось в многочисленных авторских статьях последних лет. Это радует, что главы государств региона проявляют озабоченность по этому спектру вопросов выдвигая соответствующие инициативы. Теперь бы от декларации многообещающих и весьма перспективны инициатив перейти к конкретным делам на компетентной и системной основе…
В-четвертых, весьма правильным и дальновидным было предложением президента нашей страны С.Н.Жапарова «чтобы государства региона координировали позиции и выступали единым фронтом на площадках формата «Центральная Азия+», в частности, посредством организации консультаций внешнеполитических ведомств накануне саммитов с другими государствами.», а так можно наблюдать некоторую несогласованность на этих встречах по известной поговорке «кто в лес, кто по дрова».
В-пятых, весьма интересной была очередная инициатива президента Казахстана К.К.Токаева, который предложил «подумать и о принятии в соответствии с международными стандартами Рамочной конвенции Центральной Азии по водопользованию. Такой документ позволит установить единые принципы работы в этой сфере и избежать возможных разногласий. Подходящей площадкой для обсуждения этих предложений станет заседание глав государств – учредителей Международного фонда спасения Арала, который пройдет в следующем году в Астане в апреле одновременно с Региональным экологическим саммитом. Рассчитываем на ваше активное участие.»
Безусловно, это очень правильная инициатива, но хотелось бы отметить, что такая рамочная конвенция уже принята в 2006 году по инициативе Туркменистана с депозитарием в ЮНЕП и получила название Ашгабадской, кроме Туркменистана подписана Кыргызстаном и Таджикистаном. Казахстан и Узбекистан до сих пор не завершили формальные процедуры по присоединению к этой конвенции.
А инициативу президента Казахстана К.К.Токаева можно было бы оформить специальным протоколом по водопользованию к этой конвенции, конечно, в случае если Казахстан проявит инициативу, присоединившись к этой конвенции и возглавив эту работу.
В-шестых, принятые документы «Концепция региональной безопасности, стабильности и устойчивого развития в Центральной Азии и Каталог рисков безопасности Центральной Азии и меры по их предупреждению на 2026-2028» представляют безусловный интересный на предмет их анализа и логической увязки и соответствия с аналогичными документами в рамках других международных площадок и процессов, членами которых являются страны региона – ШОС, ЕАЭС, ОЭС, ОТГ и др.
Таковы, вкратце, выводы от анализа информации в Сети о прошедшей 7-й консультативной встрече президентов Центральной Азии, которая повторимся и подчеркнем, уже закладывает более четкую и консолидированную основу для стран региона в весьма многосложных и противоречивых турбулентных геополитических процессах сегодняшнего дня на международной арене.
19.11.2025
