Добавить статью
13:19, 2 августа 2021 2251

Кыргыз журту, Поросье: Торчинъ Беренъди, Чернии Клобуци

Черные клобуки, торки, берендеи.

В летописи: «Влето 6493. Иде Володимеръ на болгары съ Добрыною, съ воемъсвоимъ, в лодьях, а торъки берегомъ приведе на конихъ. И победи бол[г]ары» [Лаврентьевская летопись]. «В лѣто [6493] Иде Володимиръ на Болъгары съ Добрынею оуємъ своимъ в лодьӕхъ а Торкы бєрегомъ приведе на конехъ и тако побѣди Болгары» [Ипатьевская летопись]. «Под 985 г. читаем в летописи как „иде Володимер на Болгары (Волжские) с Добрыною с воем своим в лодьях, а Торъки берегом приведе на коних и победи Болгары”» [Расовский, c. 49]. Древнерусские летописцы не могли ошибаться в уточнении собственно кого “приведе на конихъ” князь киевский. Стало быть, первая заметка о торках (торъки, Торкы) датируется 985 годом. «Итак, судя по первым летописным упоминаниям, основным этническим компонентом кочевых федератов были торки, обитавшие на всем русском пограничье (на правом и левом берегах Днепра)» [Плетнева, 1990]. В летописях половцы впервые упоминаются в 1055 г. у границ Переяславского княжества, прозванного «оплечьем» Киева. Похоже, торки оказались на юго-западе Киевской Руси на семьдесять лет раньше, чем половецкие авангардные полки из Дешт-и Кыпчака.

В эпосе «Манас» в Алтайский период изгнания говорится о двенадцати племенах сорокаплеменного Кыргыз журту (в их числе родовой эпоним Бердике, племена каракалпак, тарак).

Каракалпак Бердике (Каракалпак Бердике) [Манас, II кн., с. 69].

Абак, тарак, аргынды (Абак, тарак, аргын) [Манас, I кн., с. 92].

Эпический эпоним Бердике, этнонимы каракалпак, тарак, сильно напоминают летописный антропоним Береньди, этнонимы черные клобуки, торк. Следует подчеркнуть, что в летописи (1080 г.) вместе с этнонимом Торци пишется и этноним Тороки: «В лѣт̑ [6588] Заратишас̑ Торцı Переӕславлестии на Русь Всеволод̑ же посла на нѣ сн҃а своег̑ Володимера. Володимер же шедъ побıд̑ Тороки [Ипатьевская летопись]. Название летописного этнонима Тороки совпадает с эпическим наименованием этнонима Тарак.

В летописи: «[6605] … и приступи Търчинъ именемь Береньди ѡвчюхъ Ст҃ополчь...» [Ипатьевская летопись]. Поскольку в летописи сохранился рассказ об ослеплении князя Василька, главную роль в котором играл торчин по имени Береньдя, ученые неоднократно, ссылаясь на это, приходили к выводу, что берендеи были торческим родом (куренем) [Плетнева, 1990]. Очевидно, древнерусские летописцы отмечали исключительно видных государственных деятелей как с той, так и с другой стороны. Очень может быть, что князья Святополк, Давыд и глава торков Береньди могли иметь общие союзнические интересы и прийти к такому суровому решению. В летописи упоминается имя Береньди (1097 г.) вкупе с Търчинъ, впрочем, сто лет спустя, впервые зафиксированного этнонима торъки (Торкы). «Можно только подметить несколько более тесную нежели с Печенегами историческую связь Берендеев с Торками …» [Расовский, c. 51]. Надо отметить, что эпический Бердике (предположительно, IX-X вв.) и летописный Береньди (XI-XII вв.) не одно и то же историческое лицо, ибо эпонимы (антропонимы) по родословной традиции присваивались (интронизировались) из поколения в поколение как фамильное наследование генеалогического древа.

Такие летописные сведения имеют немаловажные значения, так как в состоянии выявлять, что торки и берендеи родственные этносы, а эпический этноним тарак причастен к эпониму Бердике. Так, «Бердяев. По родословной Бердяевых отмечается только дата получения ими поместий в 7106 / 1598 году (ОГДР, V, 59). Фамилия Бердяев произошла из имени собст. Берди, встречающегося у большинства тюркских народов – в кыпчакских (ногайских, каракалпакском, казахском) и огузских (например, в туркменском) языках» [Баскаков, с. 278]. Не исключено, что родословная Бердяевых, происходившая из собст. имени Берди, могла иметь общего корня с эпическим эпонимом Бердике (соответственно, летописным антропонимом Береньди).

По эпосу «Манас» племя каракалпак состоял в клане Бердике. Каракалпак Бердике, как один из видных родовых патриархов, фигурировал рядом с Жакыпом (отец Манаса) на Алтае и при освобождении Кыргызских земель от кара китайцев (киданей), калмыков (ойротов). В эпосе накануне Чоң казата (Большой войны) говорится уже о девяти племенах, оставшихся в Кыргыз журту.

Кырк уруу кыргыз элек ... (Был сорокаплеменный кыргыз ...)

Тогуз уруу кыргыз калдык (Остались девять кыргызских племен) [Манас, IV кн., с. 8].

Каракалпак, багышы (Каракалпак, багыш) [Манас, III кн., с. 15].

Здесь племя каракалпак (наверное, последний раз) упоминается на знаменитой тризне Кокотоя в урочище Каркыра. После поминок Кокотоя могли отделиться от Кыргыз журту еще три племена. Быть может, среди этих трех сепаратистов были и племена Бердике - каракалпак и тарак? По эпическим сведениям [Манас, IV кн., с. 44], в преддверии Чоң казата, на всеобщем сборе родоплеменных структур, среди оставшихся девяти племен не замечаются племена найман, дуулат (дуглат), кары (керей), каракалпак, тарак и эпоним Бердике. Видимо, первые сказители-манасчи, как современники и очевидцы эпических событий, доподлинно знали, что этнические единицы каракалпак, тарак входили в род Бердике, и отмечали их как одна родоплеменная структура.

Гипотетическая версия. Эпическая эпоха Кыргыз журту может совпадать с исторической эпохой Кыргызского великодержавия (840-916 гг.). Так, когда же мог выйти клан Бердике из структуры Кыргыз журту? Это, надо полагать, могло произойти после тризны Кокотоя, до начала Чоң казата. Выходит, несмотря на военно-политический престиж и общенародный авторитет национального героя-хана (Манаса), исправно функционировала военная демократия кочевников, и продолжались родоплеменные дезинтеграционные процессы. Возможно, очередной курултай рода Бердике, в поисках своего счастья, решил отколоться от Кыргыз журту и уйти на западные просторы. Гипотетически стотысячный (или полстатысячный) народ с многотысячным табуном, стадом могли бы дойти юго-запад Руси в течение нескольких лет. Племя тарак, выполняя роль аванпоста великого переселения клана Бердике, мог появиться в Поросье раньше всех (985 г.). Другая часть переселения: антропоним Береньди и этноним черные клобуки в летописях обозначаются гораздо позже. Примечательно, что древнерусские летописные сведения в состоянии посодействовать в уточнении эпохи эпоса «Манас», т.е. эпические события могли бы произойти до последней четверти X века.

Торцы, Береньдичи и Печенѣзи.

В летописи: «[6605] … ӕко приде ми вѣсть ӕко идуть ко мнѣ Бореньдичи и Печенѣзи и Торци…» [Ипатьевская летопись]. «Повѣдаю ти: по истинѣ яко наведе на мя Богъ за мое узвышенье, яко прииде ми вѣсть, яко идуть ко мнѣ Береньдичи, и Печенѣзи, и Торци, и се рекохъ въ умѣ своемь: оже ми будуть Бериндичи и Торцы и Печенѣзи» [Толочко]. «В 1097 г. вместе с Торками упоминаются и первые поселения на Руси Берендеев и Печенегов. Берендеи, Берендичи были, несомненно, такие же Тюрки, как Торки и Печенеги и представляли собою не то самостоятельное племя, не то лишь род Торков» [Расовский, c. 49]. Итак, в летописях “Бериндичи и Торцы и Печенѣзи” отмечаются вместе. К тому времени берендеи и торки могли объединиться в какой-то союз (альянс) с печенегами. Быть может, еще в азиатский период политической жизни клан Бердике был осведомлен (или, состоял в едином информационном поле), что где-то на южных просторах Руси живут т.н. печенеги.

Род Бердике в переселении на запад, не задерживался в пределах Дешти-Кыпчака, вероятно, был в курсе, что это геополитическое пространство принадлежит к другим военно-политическим союзам (объединениям), и предпочли остановиться далее на кочевьях северного черноморского побережья и просторах по обе стороны Днепра. По данным летописи, союзники к 1121 г. находились еще вместе: «[6629] Прогна Володимеръ Береньдичи из Руси а Торци и Печенѣзи. сами бѣжаша томъ же лѣтѣ» [Ипатьевская летопись]. Спустя полвека (1151 г.) к ним примыкается другая новоявленная этническая единица - ковуи (Кооуи): «и Киӕнъ и Чернъı Клобоуковъ и тако ѿрѧдиша Володимера. брата свое по вежѣ с Торкъı и с Кооуи и с Берендѣи и с Печенѣгъı [Ипатьевская летопись]. Они зафиксированы сообща и через десять лет («Берендѣи, и с Коуи, и с Торкы, и с Печенѣгы») в 1161 г.

Руская земля и Чернии Клобуци.

Когда умер «Изяслав Мстиславич “плакалась” вся Руская земля и вси Чернии Клобуци» [Лихачев, с. 43]. Когда же умер сам Изяслав (1154 г.) то «плакася по нем вся Руская земля и вси Чернии Клобуци, яко по цари и господине своем, наипаче же яко по отци» [Расовский, c. 31]. В самом деле, почему при кончины русского князя “плакалась”, помимо всей Руской земли, и вси Чернии Клобуци? Здесь речь идет о мужском плаче, отличившемся весьма специфическим феноменом, например, от женского плача (или рыдания). Так, «... Володимеремь и Ростиславомь и вси боӕрѣ ї блж҃ныи митрополитъ Иванъ и чернорисци прозвутерѣ. ї вси Киӕне великъ плачь створиша над нимь ...» [Ипатьевская летопись]. По летописи после гибели Ярополка князя, бояре, духовенство, простолюдины “великъ плачь створиша”.

Судя по всему, в древней Руси бытовал такой похоронный обряд скорби, очень напоминающее погребальное песнопение гуннов V в. Так, согласно Иордану (VI в.), когда Аттила умер (454 г.) «отборнейшие всадники всего гуннского племени» поминали его подвиги в таком погребальном песнопении: «Великий король гуннов Аттила… Ты, который… один овладел скифским и германским царствами, который захватом городов поверг в ужас обе империи римского мира и, - дабы не было отдано и остальное на разграбление, - умилоствленный молениями, принял ежегодную дань» [Иордан, с. 117]. В ритуальном песнопении (кошок кошуу) отборных всадников гуннов-плакальщиков (кошокчу атчандар), повествуются пройденная жизнь и героические подвиги великого гунна. Любопытно, что у Иордана (письменно) сжато передается, как наследие ритуальной импровизаторской поэзии, общее содержание (изустного) поминального текста всадников-плакальщиков, которое могло бы состоять из семи-восьми слогов традиционной песенной импровизации, возможно, в сопровождении лютни кочевников.

В эпосе «Манас» хан Кокотой накануне своей смерти настаивает:

Кырк уруу кыргыз балдары, (Сыны сорокаплеменного кыргыза,)

Кыйкырып келип калбасын! (Должны сдерживать ритуальный плач!) [Манас, III кн., c. 13].

Получается, по стародавней традиции, представители всех племен Кыргыз журту были наготове верхом на конях с великим плачом (өкүрүп түшүү) предстать перед многотысячной, горевавшей публикой на поминках Кокотой хана. Эпические стихотворные строки сами подсказывают, что несмотря на политическую автономность клановых структур и центробежные тенденции, сорокаплеменный кыргыз мог собраться на общенародные значимые события, со всех уголков востока и запада. Надо сказать, что у некоторых тюркских народов (например, у кыргызов, казахов) и поныне существует ритуальный мужской плач (кошок).

В летописи: «В лето 6663. Тогда же иде Гюрги на снемъ противу Половцемъ Каневу; Половци же приехавше к нему почаша просити братья своея; ихъ же бяхутъ изоимали Берендеи; Берендици же не даша ихъ, рекуче: “мы умираемъ за Рускую землю с твоимъ сыномъ, и головы своя съкладаемъ за твою честь”. Дюрги же не створи имъ насилья, но Половци одаривъ дары отпусти, а самъ иде Киеву» [ПСРЛ, с. 480]. Примечательно, что в летописи особо отмечается лояльность и искренность берендеев “за Рускую землю”. Пожалуй, древнерусским летописцем передаются сама действительность и духовная атмосфера той эпохи (1155 г.) во взаимоотношениях поросских кочевников и Руской земли.

В древней Руси было в обычае князьям совещаться с дружиною, с войском. Черные Клобуки в этом отношении были на равном положении с русскими, принимали участие в совещаниях и не раз давали свои советы, которых слушались князья [Расовский, c. 28]. «Под 1162 г. летопись называет торческим князем Рюрика Ростиславича, который выступил из Торческа против захватившего Киев Изяслава Черниговского с «Берендѣи, и с Коуи, и с Торкы, и с Печенѣгы» [Толочко]. Их сближали не только военно-политические союзы, договоры, обязательства, но и взаимовыгодные межэтнические и межкультурные сотрудничества. «Мстислав Мстиславич владел частью Русской земли в Понизье Днепра и сел в городке Торческе, который он делил с ханами черных клобуков» [Котляр, 2012, с. 59]. Надо бы заметить, что князь Торческа (1203-1207, 1226-1228) Мстислав Мстиславич приходился зятем небезызвестного половецкого хана Котяна Сутоевича. Подобные межэтнические согласия и солидарности могли сформироваться в течение более чем векового совместного сосуществования в едином геополитическом пространстве, называемое Поросьем. По всей видимости, такие добрососедские отношения и общность интересов продолжались вплоть до нашествия батыевых войск (1238). По мнению именитого российского историка С. М. Соловьева наличие торков способствовало сохранению общественного строя Киевской земли [Соловьев, с. 515]. Мы солидарны с выводом, что «тюркский этнический элемент преимущественно черноклобуцкого происхождения играл довольно значительную роль в исторических событиях Киевской Руси, да и половцы находились с русскими не всегда только во враждебных отношениях» [Добродомов, 1975].

Противостояние черных клобуков и половцев.

Что заставило в Руской земле клану Бердике воевать с бывшими соплеменниками – кыпчаками (половцами)? Эпические племена каракалпак, тарак рода Бердике и кыпчакские племена рода Таза (и его сына Үрбү) состояли в едином Кыргыз журту Манаса.

Жүз элүү миң кол менен (Со стотысячным войском)

Үрбү баатыр бөлүндү (Выехал витязь Үрбү) [Манас, II кн., с. 96].

Кара кыргыз уругу, (Род кара кыргыз,)

Тору кыпчак улугу, (Глава тору кыпчаков,)

Атасынын аты Таз (Отец его Таз) [Манас, IV кн., с. 11].

В эпических строках речь идет о главе кыпчакских племен Таз и его сыне Үрбү. В Лаврентьевской летописи: «Убиша же Таза, Бонякова брата» [Повесть, с. 271]. Младший эпический герой фигурирует в той же летописи: «Пришедъ из Ростова, паки идохъ на Половци на Урбү с Святополкомъ, и Богъ ны поможе» [Повесть, с. 241].

В эпических повествованиях кланы Бердике и Таза вместе одолевали и изгнали кара китайцев (киданей), калмыков (ойротов) из захваченных Кыргызских земель. В эпосе не замечается антропоним Манак (Боняк) кыпчакского родоплеменного крылья, возможно, его клан еще до эпических событий обзавелся просторами Дешт-и Кыпчака. И, следовательно, он мог перебраться далее в регионы Поросья, и здравствовать в соперничестве с антропонимом Беренъди торков, черных клобуков, под неформатным наименованием “западные половцы”.

По эпическим данным, эпические герои Таз и Бердике значились в первых рядах политической элиты Кыргыз журту. В эпосе нет сведений о том, что кыпчаки и каракалпаки были бы во вражде, или замешены в каких-либо междоусобных раздорах. Впрочем, в эпосе есть такой момент. Еще на Алтае, во всеобщем сборе кыргызских племен, каракалпак Бердике выступит против переселения в родной Туркестан.

Бердике туруп бек айтат, (Бердике встал и резко сказал,)

Бербердигер кудай-аа, (Бербердигер, боже мой,)

Мерт кылдың Жакып деп айтат. (Ты, Жакып, всех нас погубил.) [Манас, II кн., с. 14].

Здесь впервые проявляются сепаратистские мысли, где зачинщик Бердике был не прочь остаться на благодатной Алтайской земле. Однако большинство отвергает его мнение и вопрос решается в пользу переселения в родные края. И посреди тех, кто поддерживал призыв Жакыпа, был и глава кыпчакских племен Таз. Тем не менее, род Бердике исправно отслужит, доблестно воюет совместно со всеми кыргызскими племенами до Чоң казата, потом исчезает из эпических строк.

Что стало причиной противостояния на Руси между половцами и кланом Береньди (торки, черные клобуки)? Каракалпаки Бердике и кыпчаки не состояли в одном клане, их родословная жети ата (семь предков) отличалась друг от друга, хотя их генеалогическое древо могло бы сочетаться на уровне одного из эпических предков (Байгур хана, Аланча хана или Огуз хана) кыргызских племен. Известно, что эпический Түбөй хан был четвертым-пятым общим прапрадедом кыпчака Сары Таза и Семетея (сын Манаса) [Манас. I кн., с. 33]. Или вспомнить бы, что род Манаса и род Ооганского Акун хана состыковывались бы в сороковом прапрадеде родословного древа кыргызов [Манас. Шаабай, с. 370]. Должно быть, и род Бердике (“Каракалпак Бердике”), и клан кыпчаков (Манак, Таз, Үрбү), объединяли общие родословные корни, духовно-культурные традиции и этногосударственные интересы в Поросье. Более вероятно, что к XII в. среди кочевых племен на Руси мог преобладать не родоплеменные ценности, а территориальные, материальные ориентации. Черные клобуки и половцы впору призывались в междоусобных и престольных спорах Удельной Руси, и будучи в альянсе стольных (или мятежных) княжеств, порой схлестывались друг с другом на поле брани.

И все же, у половцев и черных клобуков имелись идущие из глубины веков единый духовный мир и язык, общая культура и традиция. Когда их не устраивали союзнические отношения, своенравие некоторых князей, могли отторгнуть договор и уйти в другую противоборствующую сторону. Так, Святослав Киевский главу торков Кунтувдей-хана (третья четверть XII в.) заподозрит в нелояльности, а он возьмет, да и преспокойно со своим племенем уйдет к половцам. Или же наоборот, тот случай, когда Берендеи приютят у себя захваченных половцев, и не выдадут Юрию Долгорукому (середина XII в.). Это могло бы означать, что в природе кочевников, как-никак, затаились родственное чувство долга, в котором превалировали память предков, родословная и кровные узы, и в “судный день” без особых затруднений могли перейти Рубикон. Самое главное, что кочевники-переселенцы прекрасно знали и всегда помнили, что основательно обустроились вдали от земли предков не затем, чтобы подчиняться кому-либо, выполнять чьи-либо желания, а доминировать и диктовать свои правила игры.

Торки Беренди оставили немало следов в топонимике Западной Украины: речки Торец, Торч; города Торческ, Торецк; села Торец, Торки, Торков, Торецкое, Торчин, Торчица. Топонимические наименова¬ния: Берендеева слобода, станция Берендеево, Берендеево болото в Владимиро-Суздальских землях; топоним Берендеево в Грязовецком районе Вологодской области, Нерехтском районе Костромской области, Переславском районе Ярославской области.

Эшиев Асылбек Мирзатилаевич, доктор филологических наук, профессор Жалал-Абадского государственного университета (Жалал-Абад, Кыргызстан).

Материалы статьи опубликованы в научных изданиях «Наука России: Цели и задачи» (июнь, 2020, Екатеринбург), «Тенденции развития науки и образования» (август, 2020, Самара).

Список литературы:

Баскаков Н. А. Русские фамилии тюркского происхождения. М.: Наука, 1979.

Добродомов И. Г. О половецких этнонимах в древнерусской литературе // Тюркологический сборник. - 1975. М., «Наука», ГРВЛ, 1978.

Иордан. О происхождении и деяниях гетов. М., 1960.

Ипатьевская летопись. [Электронный ресурс]. URL: http://yakov.works/acts/12/pvl/ipat13.htm (дата обращения: 09.11.2020).

Котляр Н. Ф. Жестокий мир средневековья: Русь времен удельной раздробленности // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2012. №2 (48).

Котляр Н. Ф. Летописание как явление средневековой книжной культуры // Древняя Русь. Вопросы медиевистики. 2015, №4 (62).

Лаврентьевская летопись. 1377 г. [Электронный ресурс]. URL: http://expositions.nlr.ru/LaurentianCodex/_Project/page_Show.php?list=59&n=76 (дата обращения: 09.11.2020).

Лихачев Д. С. Избранные работы. Т. 3. Ленинград: «Худ. лит.», 1987.

Манас. Сагымбай Орозбак уулунун варианты боюнча. I китеп. Фрунзе: «Кыргызстан», 1984. (Манас. По варианту Сагымбая Орозбак уулу. I книга).

Манас. Сагымбай Орозбаковдун варианты боюнча. II китеп. - Фрунзе: «Кыргызстан», 1980. (Манас. По варианту Сагымбая Орозбакова. II книга).

Манас. Сагымбай Орозбаковдун варианты боюнча. III китеп. Фрунзе: «Кыргызстан», 1981. (Манас. По варианту Сагымбая Орозбакова. III книга).

Манас. Сагымбай Орозбаковдун варианты боюнча. IV китеп. Фрунзе: «Кыргызстан», 1982. (Манас. По варианту Сагымбая Орозбакова. IV книга).

Манас. Манасчы Шаабай Азизовдун варианты боюнча (Семетей. Манасчы Шаабай Азизовдун варианты боюнча). Бишкек: «Кут Бер», 2013. ((Манас. По варианту Шаабая Азизова) (Семетей. По варианту Шаабая Азизова)).

Плетнева С. А. Половцы. М.: «Наука», 1990. [Электронный ресурс]. URL: http://annales.info/step/pletneva/index.htm#_Toc265180277 (дата обращения: 24.12.2020).

Повесть времянных лет по Лаврентьевскому списку. Ленинград, 1926.

ПСРЛ. -Т. 2.

Расовский Д. А. Половцы. Черные клобуки: Печенеги, торки и берендеи на Руси и в Венгрии (работы разных лет). М., 2012.

Соловьев С. М. История России с древнейших времен. Т. 1-2. // Соловьев С. М. Сочинения. В 18-ти кн. / Отв.ред. И. Д. Ковальченко, С. С. Дмитриев - М.: «Мысль», 1988.

Тадыкин В. Н. Этимология этнонима мундус // «Вестник» КНУ им. Ж.Баласагына, 2004, серия 1, выпуск 3.

Толочко П. П. Кочевые народы степей и Киевская Русь. [Электронный ресурс]. URL: https://litresp.ru/chitat/ru/%D0%A2/tolochko-petr-petrovich/kochevie-narodi-stepej-i-kievskaya-rusj/5 (дата обращения: 04.11.2020).

Стилистика и грамматика авторов сохранена
Добавить статью

Другие статьи автора

20-09-2021
1185 год. Половцы Западного (Дешт-и) Кыпчака
2202

13-09-2021
Аз (Ас, Ач, Язы, Osi) – эпоним Востока и Запада
2037

06-09-2021
Тоң (Тонг, Чон, Чоң, Джон, Жан) – это народ
2852

23-08-2021
Соловей-Разбойник – сказитель народных эпических песен
3593

16-08-2021
Котян (Котан), Сутоевич (Шато, Чата, Сеулту, Солто), дурут (Törtel, Тертеробичи) в источниках
2152

09-08-2021
Асылбек Эшиев. Гунны, готы. Накануне падения Римской империи (V в.)
3979

30-06-2021
Сколоты, Саклаб, Сары (сорочины), Сары Таз в источниках
7964

23-06-2021
Эпос «Манас» и «Сокровенное сказание монголов» (XIII в.): коалиции Чингиз-хана, Джамухи и Лесных народов
2950

15-06-2021
Волк – главный тотем эпического Кыргыз журту
3825

08-06-2021
Эпоним-тотем Лебедь в народных поэмах, эпосах, сагах, легендах
988

Еще статьи

Комментарии будут опубликованы после проверки модератором
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком

×